df79a959a08290ad275a980fcda299bc

В России понимают толк в инструментальной музыке

с оригиналом можно ознакомиться здесь.

МИХАИЛ САДЧИКОВ-МЛАДШИЙ

Наш петербургский корреспондент, побывав на концерте в БКЗ «Октябрьский», пообщался с Янни не только о предстоящем московском выступлении в «Крокус Сити Холле» 26 мая, но и расспросил его об инструментальной музыке, классических композиторах и смешении музыкальных жанров.

— Янни, концерт в Петербурге был потрясающий! Москва уже ждет вашего визита. Вы, наверное, не знаете, но в России идет негласное соревнование двух столиц. Как человек со стороны, можете оценить, какой город лучше – Москва или Петербург?

— (смеется) Я не первый раз в России, был и в Москве, и Петербурге, и мне очень понравилось. Эти два города очень отличаются, каждый по-своему уникален, и я не могу их сравнивать, ведь один не может жить без другого, поэтому не надо устраивать никаких соревнований. Могу еще добавить, что мне очень нравятся русские люди, и я с нетерпением жду встречи с московской публикой на своем концерте в «Крокус Сити Холле» 26 мая.

— Что чувствует человек, который получает высшую музыкальную награду – Grammy? Расскажите о своих впечатлениях?

— Я не особо интересуюсь премиями. Не скрою, приятно быть признанным критиками и публикой, но это не первостепенная причина, из-за которой я стал заниматься музыкой. Я просто сочиняю музыку, которая рождается во мне, и надеюсь, что люди будут наслаждаться ею. Если это происходит, тогда я удачливый человек.

— Вас называют «современным Моцартом» — по-моему, лучшей похвалы для музыканта и придумать нельзя! Вы сами как относитесь к этому титулу, с юмором или вам приятно?

— Мне приятны все лестные слова в мой адрес. Конечно, в таких сравнениях с великими композиторами есть доля лукавства, но все равно это большая честь и огромное счастье, когда тебя сравнивают с ними!

Великие классические композиторы, такие как Бетховен, Шопен, Моцарт, стали великими потому, что музыка, которую они сочиняли, распространилась далеко за пределы стран, где они жили и работали. Этих людей давно нет с нами, но их музыка с каждым годом становится все популярнее. Я бы тоже очень хотел, чтобы через много лет люди слушали мою музыку.

— Вы очень популярны в Европе, в мире, а в России только набираете обороты. Несколько лет у нас инструментальная музыка была в тени, но сейчас она постепенно выходит на новый уровень. Как думаете, что нужно сделать России для того, чтобы на концертах собирались полные залы?

— Это очень серьезный вопрос и не уверен, что знаю ответ на него. Я, например, люблю выступать в России, потому что аудитория подготовлена и понимает, что такое инструментальная музыка, может оценить ее качество. Самый лучший способ сейчас донести информацию об инструментальной музыке – телевидение. Я чувствую, что если мы приоткроем эту дверь, то сможем заинтересовать миллионы людей по всему миру, которые обычно слушают поп-музыку по радио или на концертах.

— В Вашем оркестре играет Александр Жиров, виолончелист из России…

— Без сомнения, Александр — один из лучших виолончелистов в мире. На наших концертах он показывает такие вещи, которые завораживают и удивляют. Мало того, что Александр замечательный музыкант, он еще и прекрасный человек. Его влияние на наш оркестр невозможно переоценить, его появление сплотило нас еще больше, а особая манера исполнения привнесла в наш бэнд совершенно новое звучание.

— Принято считать, что Ваша музыка – это смесь инструментала и new age. На наш взгляд, в современном музыкальном мире все жанры размыты, и причислять Вас к какой-то одной волне будет не правильно. Вы сами к чему больше тяготеете?

— Глубоко вы смотрите на предмет, спасибо. Мне не нравится деление на жанры, в особенности музыкальные, потому что я стараюсь писать музыку, которая находится у меня в душе, ее нельзя определить каким-то одним жанром. Если вы послушаете мои альбомы, то услышите много фортепианной музыки – явное классическое влияние, в тоже время есть много песен, которые имеют рок и электронные оттенки.

— Мы знаем, что вы сотрудничаете с фондом WWF и защищаете панд. Каких успехов достигли?

— Когда я путешествую по миру, то стараюсь поближе познакомиться со многими благотворительными организациями, потому что чувствую, что могу помочь в решении некоторых проблем. Например, мы строим школу для слепых, помогаем в создании фонда помощи людям, которые пострадали от наводнений в Таиланде, создаем музыкальные школы по всему миру. Что касается Всемирного фонда дикой природы, мое участие в этой программе стало заметно, когда меня попросили помочь китайским пандам. С тех пор я начал изучать окружающую среду и наблюдать за тем, чем занимается Всемирный фонд дикой природы. Мы надеемся, что у нас все получится, и мы продолжим работу по спасению панд в Китае.

— Какие творческие планы у Янни? Есть ли нереализованные мечты, идеи? Чем займетесь после гастрольного тура?

— Я даже точно не знаю, когда закончится мой тур, а уж чем я буду заниматься после… Мои менеджеры говорят, что у нас уже есть планы на 2015 год, и, признаюсь честно, я очень рад, что мы еще несколько лет будем дарить людям радость своими концертами. Хотя я скучаю по дому и наслаждаюсь минутами, проведенными с семьей. Но для меня нет большего счастья, чем присесть за рояль и вновь начать сочинять музыку.

— Через несколько месяцев Вам исполнится 60 лет, хотя выглядите Вы потрясающе. Что делаете для этого? Как поддерживаете форму?

— Дам совет: нужно быть активным и любить жизнь! Последние годы я постоянно в дороге, мы с моим коллективом колесим по городам и странам в течение нескольких лет – такого никогда не было в моей жизни прежде, и эти новые ощущения питают меня невероятной силой и энергией. Я очень люблю живые концерты, они дают мне возможность пообщаться со зрителями во всем мире, почувствовать эту непередаваемую энергию и получить истинное удовольствие. Все это помогает мне оставаться молодым в душе, несмотря на то, что мне уже почти 60 лет.


Комментарии закрыты